Главная - Разложение первобытнообщинного строя и возникновение классового общества - Ранние формы эксплуатации и рабство

Ранние формы эксплуатации и рабство

С разделением произведенного продукта на необходимый и прибавочный и появлением имущественного неравенства и социальной дифференциации возникли экономические и социальные предпосылки для эксплуатации человека человеком. На начальных этапах разложения первобытнообщинного строя она представлена примитивными малодифференцированными формами, зачастую сливающимися или переплетающимися друг с другом и потому трудно поддающимися классификации. В целом выделяются три главных вида первичной эксплуатации:

1) рабство;
2) внутриобщинная эксплуатация;
3) данничество и другие виды коллективной зависимости.

Наиболее заметной и поэтому легко выделяющейся ранней формой эксплуатации было рабство.

Хотя в различных обществах рабство отличалось значительным своеобразием в зависимости от местных условий, форм хозяйства, возможностей использования рабского труда и других причин, в целом его развитие демонстрирует определенную, достаточно четко выраженную закономерность.

По наиболее распространенной и наиболее аргументированной точке зрения первой формой рабства является рабство военнопленных. Уже в амратской культуре Верхнего Египта встречаются статуэтки, изображающие пленников со связанными за спиной руками. Это же подтверждается этнографическими материалами, столь многочисленными, что нет возможности их перечислить.

Мнение, что первоначально рабы являлись собственностью всей общины (так называемое общинное или коллективное рабовладение), представляется недоказанным, во всяком случае в качестве универсального явления. Коллективная эксплуатация зависимого населения, существовавшая у спартиатов и в некоторых других обществах, на которую иногда ссылаются в качестве примера, отнюдь не сводится только к рабству. К тому же она складывалась уже в эпоху развитого классообразования и в специфических условиях завоевания. Более вероятно, что даже самые ранние формы рабовладения были частными, если не по форме, то по существу.

Весьма значительный накопленный исторический материал говорит о том, что первоначально рабство не было наследственным, а иногда не было и пожизненным. У делаваров пленных мальчиков держали на положении рабов, но когда они достигали совершеннолетия, их адаптировали в племя. У непему военнопленные оставались рабами лишь до ознакомления с языком и обычаями захватившего их племени. Про ительменов Стеллер писал: "Если пленник вел себя хорошо, его иногда отпускали домой после двух-трех лет плена". Такое положение могло сохраняться и в весьма развитых обществах, если использование рабского груда в них не получало большого распространения: дети рабов считались свободными не только у ирокезов, материковых селишей и других, но и в древней Мексике и Дагомее.

Сфера применения рабского труда первоначально была крайне ограниченной, поэтому у многих народов рабы использовались в основном для выполнения домашней и женской работы. Так было, например, у абипонов, юкагиров, народов Нижнего Амура, маори, нуба, в большинстве районов Меланезии.

Рабский труд не сразу нашел применение в производстве, и рабы долгое время находились на положении младших, неполноправных членов семьи, что было также вызвано отсутствием особого аппарата принуждения. Случаи жестокого обращения с рабами отмечены сравнительно редко. Между свободными и рабами, а тем более их потомством не было еще непроходимой пропасти: у чукчей рабы часто становились полноправными членами общества, у тонга легко адаптировались в род или племя, у кава не подвергались дискриминации, участвовали в общественной и религиозной жизни.

Именно отсутствие емкой сферы применения рабского труда могло приводить к непроизводительному использованию рабов, к позднему возрождению каннибализма, убийству их в ритуальных целях, при погребении и так далее. Бои гладиаторов в Риме были не чем иным, как поздним пережитком этого обычая, - раз укоренившись, он мог сохраняться даже тогда, когда рабство приобрело важное хозяйственное значение.

Однако даже начальные, не имеющие важного производственного значения формы рабства оказывали ускоряющее влияние на развитие общественной дифференциации. Наличие рабов увеличивало престиж их владельцев, освобождало их от занятия домашними работами, позволяло уделять больше времени общественным делам.

Наиболее ранние формы рабства обычно называют патриархальными или домашними. Первый термин в настоящее время представляется устаревшим, потому что патриархальное рабство в равной мере присуще и позднематеринским обществам. Второе название вполне приемлемо, так как хорошо отражает главные особенности раннего рабства: отсутствие особого класса рабов и особой сферы применения рабского труда в общественном производстве.

По мере дальнейшего разложения первобытнообщинного строя наблюдаются две взаимосвязанные тенденции, Во-первых, в тех обществах, в которых рабство приобретает производственное значение, особенно в земледельческих, сфера применения рабского труда расширяется, а его удельный вес в производстве постепенно растет. Во-вторых, рабство становится наследственным, очевидно, иногда через ряд промежуточных этапов.

Развитие наследственного рабства, несомненно, связано с увеличивающимися возможностями эксплуатации рабского труда, однако не сводится только к этому. Существуют и иные, дополнительные причины, в частности усиливающаяся социальная дифференциация общества и как следствие выделение благородных и неблагородных прослоек, противопоставление свободных рабам. У индейцев северо-западного побережья Северной Америки на человеке, попавшем в рабство, лежало "пятно рабства", от которого можно было избавиться только потлачем. В Полинезии рабы считались стоящими вне каст. У маори, если раб бежал в свое племя, его отсылали обратно, так как считалось, что он перестал находиться под покровительством духов племени и поэтому потерял в нем все права.

По мере роста значения рабского труда растет потребность в рабах и увеличивается их ценность. Возникает новый вид товара - "живой", а с ним - покупное рабство и работорговля. Там, где в силу различных обстоятельств приток рабов извне был недостаточным или ненадежным, усиливалось стремление использовать внутренние ресурсы - поработить соплеменников, в результате чего могли получить широкое распространение различные виды долгового рабства.

В целом подобное явление было характерно для раннеклассовых обществ, однако зарождаться оно могло уже в эпоху классообразования. Долговое рабство отмечено у цимшиян, батаков, даяков, ифугао, кава, у многих африканских народов. При этом приходилось преодолевать противодействующую тенденцию, основанную на традициях и потребностях сохранения общинного и племенного единства. Борьба их наряду с другими факторами могла определить удельный вес рабов-соплеменников в данном обществе, а также их положение и конкретные формы эксплуатации, иногда значительно отличавшиеся от классических видов рабства. Нередко возникали компромиссные формы, когда нельзя было держать рабов-соплеменников, но разрешалось продавать их за границу. Так было у бушонго, йоруба и в целом ряде раннеклассовых обществ.

Поиски наиболее эффективного использования рабского труда могли привести к тому, что рабов сажали на землю, особенно когда имелся ее избыток. У ишоко (дельта Нигера) раб работал на хозяина два дня из четырех, в Старом Калабаре - четыре дня на хозяина и три на себя, на Золотом Береге - три дня на хозяина и два на себя. В государстве Мали нормы отработок для рабов и свободных общинников были одинаковы - пять дней на господина (или общину) и два на себя.

В результате рабы в экономическом, а затем и в социально-правовом отношении сближаются с подвергающимися эксплуатации рядовыми общинниками и все общество в целом эволюционирует по нерабовладельческому пути развития. Примеры подобного развития неоднократно отмечались в Африке.

Сегодняшнее число: 22.02.2018 01:30:38