Главная - Разложение первобытнообщинного строя и возникновение классового общества - Формы политической организации общества

Формы политической организации общества

Параллельно с формированием классов происходило постепенное формирование особой политической организации, призванной охранять интересы господствующего слоя. Такая организация не складывалась заново, а создавалась за счет традиционных органов племенного управления, выступавших в трансформированном виде и по большей части отражавших теперь интересы формирующегося класса эксплуататоров.

Эти органы представляются в виде некоей триады: верховный вождь - совет старейшин - народное собрание. При этом народное собрание, состоящее из всех свободных мужчин, способных носить оружие, свидетельствует о незавершенности процесса классообразования, о том, что органы управления еще не оторвались от родоплеменной организации, а наличие вождей и старейшин, которым принадлежала реальная власть, - о том, что происходит процесс обособления этих органов, превращение их в особую организацию господства и угнетения.

Подобная форма организации общества и его управления, получившая название "военной демократии", нередко рассматривается как универсальная, знаменующая определенный период в истории человеческого общества: либо последний этап первобытной истории, либо особый переходный период между первобытным обществом и классовым.

Однако многие данные свидетельствуют о том, что разложение первобытнообщинного строя не принимает обязательно форму военной демократии, что возможны и иные пути, основывающиеся на большей социальной дифференциации общества. Например, в Полинезии еще до появления государства произошла резкая социальная стратификация общества и основная масса свободных общинников была фактически полностью отстранена от управления общественными делами. Аналогичные явления наблюдались и в некоторых африканских обществах. Подобное развитие нередко приводило к возникновению сословно-кастовых систем, которые могли зарождаться уже на ранней стадии разложения первобытнообщинных отношений, а в эпоху классообразования оформлялись в довольно сложные системы соподчиненных наследственно-замкнутых группировок людей, занимающих строго фиксированное положение в производстве и распределении.

Условия, при которых зарождался и развивался кастовый строй, в деталях еще не выяснены. Его появлению могли способствовать войны и завоевания, превращавшие этнические различия в кастовые, а затем в классовые (так было на Фиджи, в Руанде, Бурунди и других странах Тропической Африки). Однако этого мало, тем более что известны примеры возникновения кастовых систем и без завоевания, например в Микронезии и у некоторых горных народов Ассама.

Возможно, все дело в своеобразии общественного разделения труда, совершавшегося не только между отдельными индивидами, но и между целыми группами людей, имеющих строго определенные общественные занятия. Слабое развитие обмена, возникновение иерархии родов и общин, относительно ранняя узурпация общинной и родовой верхушкой основных средств производства были факторами, благоприятствовавшими возникновению сословно-кастовых систем.

В обществах, в которых эти системы развивались, становление государства могло протекать замедленными темпами, потому что сама их стратифицированность обеспечивала социальные и имущественные позиции господствующей прослойки. У народности и (Китай) все сословия находились в полу-рабской - полукрепостнической зависимости от высшего сословия - носу, однако государство так и не возникло, и общественное устройство самого сословия носу очень напоминало форму, характерную для военной демократии.

Конкретные формы складывающейся политической организации общества зависели от многих факторов. Два из них выделяются наиболее рельефно.

Первый заключался в том, насколько далеко продвинулась экспроприация основных средств производства или отчуждение совокупного прибавочного продукта родоплеменной аристократией. Этот фактор в значительной мере определял степень стратифицированности общества и в конечном счете степень отстранения основной массы его свободных членов от управления общественными делами. Наиболее характерным примером и здесь является Полинезия, где отстранение рядовых общинников от участия в управлении обществом происходило по мере постепенного развития института земельной собственности.

Вторым фактором, определявшим формы политической организации, была роль войны в жизни общества. Будучи неотъемлемым фактором в общем процессе формирования классов, в конкретных обществах война могла играть большую или меньшую роль в зависимости от местных условий (скажем, у полинезийцев роль войны была меньшей, чем у древних германцев). Возможно, наибольшая степень "демократизма" в период классообразования была присуща именно таким обществам, где ведение войны стало функцией регулярного хараетера, а в завоевания, походы и связанные с ними переселения вовлекалось немалое количество их членов: ведь рядовой и свободный член общины, имевший оружие и умело с ним обращавшийся, отнюдь не являлся оптимальным объектом для угнетения и эксплуатации.

Но особенно большая роль войны в жизни древних германцев, скифов, сарматов, южных банту, повышенная "агрессивность" их родоплеменной верхушки помимо общих благоприятных условий могла определяться именно тем, что процесс отделения основного производителя от средств производства в этих обществах только еще начинался, и это побуждало знать искать внешние источники обогащения.

На конкретные формы складывающейся политической организации общества, возможно, оказывали значительное влияние и темпы классообразования. Не приходится говорить о том, что в различных обществах они были весьма разными.

По-видимому, вступление в эпоху классообразования не означало автоматического возникновения в будущем классов и государства. Для этого нужен был еще целый ряд благоприятных условий, которые пока исследованы явно недостаточно. Во всяком случае, известны примеры обществ, на долгое время как бы законсервировавшихся на стадии классообразования. Полностью статичными считать эти общества нельзя. Но их развитие было очень медленным и могло принимать весьма своеобразные формы, идти не столько в направлении отчуждения непосредственного производителя от средств производства, сколько по линии отстранения его от управления общественными делами, то есть в сторону усиления общественной стратификации.

При всех обстоятельствах военно-демократические и стадиально сходные с ними структуры с их наследственными вождями и старейшинами, постепенно узурпирующими основные средства производства, с их дружинами - потенциальным аппаратом насилия, с их возникающим судопроизводством, отправление которого становится функцией и привилегией вождей и одновременно одним из источников их влияния и дохода, представляли собой формирующуюся политическую организацию общества, в котором нарастали социальные противоречия. Однако несмотря на наличие более или менее заметной социальной стратификации, эксплуатация рядового свободного населения еще не приняла значительных размеров, носила скрытый характер, маскировалась идеологией племенного единства и традициями взаимопомощи.

Отсутствие особого аппарата принуждения сдерживало эксплуататорские устремления родоплеменной аристократии. В тех редких случаях, когда эти устремления становились чрезмерными, следовал отпор (на Гавайях, например, а также у южных банту многие вожди были убиты из-за того, что они притесняли общинников). Родоплеменная аристократия давно уже перестала быть слугой общества, но еще не стала его полновластным господином.

Сегодняшнее число: 22.02.2018 01:50:40