Главная - Первобытность и современность - Сохранение ряда первобытнообщинных социальных институтов в недрах общины

Сохранение ряда первобытнообщинных социальных институтов в недрах общины

Сохранение ряда первобытнообщинных социальных институтов в недрах общины вплоть до наших дней вполне поддается объяснению. В рамках самобытных цивилизаций общинного типа Тропической Африки и Мезоамерики они оставались важнейшим элементом общественной жизни, лежали в фундаменте складывающихся форм эксплуатации и угнетения. Различные формы рабства или феодализма в Африке представляли собой лишь надстройку, хотя и высящуюся над традиционной земледельческой общиной, но не разрушающую ее. В эпоху колонизации община, хотя и в несколько деформированном виде, сохранилась в труднодоступных и малопроизводительных районах, где отсутствовали экспортные культуры и интенсивные формы товарного производства.

И в наши дни именно община и вырастающая из нее патронимия являются питательной средой сохранения некоторых первобытных институтов и традиций как формы их передачи из поколения в поколение.

Однако иллюзорно представление, будто община, проходя сквозь все эти процессы и исторические среды, сохраняет свой первозданный характер и, освободившись, может просто "стряхнуть" с себя все воздействия. Такое вырывание общины из контекста всемирной истории и объективного процесса смены общественно-экономических формаций, которое в известной мере характерно для доктрин индеанизма и негритюда, методологически неправомерно. Община - и в рамках древней государственности, и в эпоху классово антагонистического общества - развивается в русле всеобщих законов истории в направлении классовых антагонизмов. Но самое это развитие противоречиво и нередко протекает под покровом традиционных общинных форм, лишь постепенно перерождающихся.

В частности, опирающаяся на развитие орудий и методов труда и товарно-денежных отношений тенденция сужения круга непосредственно связанных совместным трудом производителей до большой и малой семьи (в землепользовании это проявляется в вытеснении семейными и индивидуальными полями коллективного поля и коллективных общественных работ) как бы компенсируется распространением социально-психологической и культовой общности различных родственных групп в рамках патронимии, строящейся в известном смысле по образу и подобию семейной общины.

В Нигерии, например, гипертрофированные большие семьи такого рода насчитывали до 5 тысяч человек. На основе этих связей организуется трудовая и продуктовая взаимопомощь, обусловленная потребностью совместного выполнения сезонных или экстренных работ, стихийными бедствиями, нуждами культа.

Другим проявлением противоречивости общины является сосуществование коллективного владения землей с семейно-индивидуальным характером пользования ею в подавляющем большинстве случаев. Наличие свободных, необработанных земель и необходимость трудовой кооперации в процессе подготовки их к производительному использованию (борьба с джунглями, мотыжное земледелие, связанное с распространением мухи це-це) преломились в сознании общинного крестьянства в мысль о принадлежности земли предкам, впервые ее обработавшим, и о мистической связи с ними всех ныне живущих. Это представление нередко служит идеологической и социально-психологической основой традиций коллективной собственности на землю.

Говоря о противоречивости общины, следует также отметить ее специфическую гетерогенность, сосуществование относительной автономности, замкнутости традиционного сознания общинников, консервативности и сильной инерции общинных форм организации труда и потребления с довольно интенсивной инкорпорацией в общину, "вторжением" и развитием в ее рамках частнособственнических тенденций и институтов (эксплуатация рядовых общинников верхушкой и через ее посредство - колонизаторами).

Этот дуализм объективно присущ развитию общины. Генетически он обусловлен тем, что деревенская община представляет собой социальную форму, расположенную как бы на стыке первобытнообщинного и классового обществ. Поэтому община буквально соткана из противоречий. С одной стороны, она несет в себе древние традиции коллективизма, взаимопомощи и стихийного демократизма в решении общественных дел, с другой - отягощена безынициативностью рядовых общинников, их слепым следованием традициям и "заветам предков".

Паразитирующие на этом зачатки классовых антагонизмов видны в подтачивающем общину имущественном неравенстве и проникающем в нее социальном расслоении, в постепенной деформации традиционных институтов, их перерождении в средство эксплуатации рядовых общинников извне (как членов связанной круговой порукой фискальной ячейки) и изнутри (со стороны возвышающихся над общиной глав семей, а также традиционных вождей и вождей-чиновников). Иначе говоря, община уже вырвалась из первобытного строя, но еще "противится" вступлению в общество классовых антагонизмов.

В современную эпоху сосуществования различных социальных систем и противоборства воплощенных в них тенденций общественно-экономического развития первобытнообщинные институты испытывают прямо противоположные воздействия. В новых исторических условиях развитие классово антагонистических форм, прежде непосредственно вытекавшее из дуализма общины, в значительной мере теряет свой некогда исторически оправданный характер. Его подлинно прогрессивной и истинно гуманной альтернативой становится демократическое развитие народов, сохранивших общину в национальном масштабе в современную эпоху.

Сегодняшнее число: 20.02.2018 04:48:16