Главная - Биологическая связь - телепатия - Электромагнитная сущность явления передачи мысленной информации

Электромагнитная сущность явления передачи мысленной информации

Для доказательства электромагнитной сущности явлений передачи мысленной информации в опытах В. Л. Дурова было построено и опробовано (в 1922 г.) экранирующее устройство, позволяющее изолировать в электромагнитном отношения экспериментатора от подопытного животного. При этом был использован известный из физики эффект экранирующей клетки Фарадея. В лабораторной практике часто необходимо защищать то или иное пространство от внешнего электрического поля.

Английский физик М. Фарадей первый доказал своими опытами, что для этой цели достаточно окружить со всех сторон защищаемое пространство замкнутой металлической оболочкой, проводящей электричество. Хотя внешнее электрическое поле и наводит заряд на наружной стороне такой оболочки, но пространство внутри нее остается совершенно свободным от линий поля. Причем нет необходимости делать оболочку сплошной. Для этого - достаточно проволочной сетки с небольшими ячейками. В своих опытах Фарадей помещал в клетку животных и, пропуская по ней электрический ток, убеждался, что животные оставались невредимыми. Такую экранирующую клетку с тех пор стали называть клеткой Фарадея, или просто экранирующим устройством. Сначала я изготовил клетку (в рост человека), у которой пол, потолок, стенки и даже дверца были сделаны из частой металлической сетки, а в некоторых местах - из кровельного железа.

Первые же пробные опыты показали правильность предположений: когда дверца клетки была закрыта, сидевшему внутри экспериментатору В. Л. Дурову не удавалось передать подопытному животному (собаке Марсу), находившемуся снаружи, никакого мыс- ленного задания. Но стоило открыть дверцу, как Марс а точности исполнял приказы. Этот опыт зафиксирован на фотоснимке, сделанном 22.01.1923 г., где В. Л. Дуров сидит в клетке, а Марс по мысленному его заданию принес блокнот. Рядом с клеткой у коммутатора стоит автор этих строк. Коммутатор перекрывает контакты заземленного провода, соединенного с калорифером центрального отопления лаборатории. Это заземляющее устройство было введено ввиду неопределенности вопроса о том, какова может быть длина электромагнитных волн в явлениях передачи мысли и, следовательно, какой величины должны быть ячейки сетчатых стенок такого "изолятора".

Предполагалось, что заземление контура этой клетки позволит придать ему потенциал земли и благодаря этому усилит экранирующий эффект клетки. Но в дальнейшем проверка экранирующих свойств нашей камеры с по- мощью радиоприборов опровергла это предположение. Достаточно было иметь дверцу камеры закрытой, чтобы считать блокирующие свойства камеры обеспеченными. При открытой дверце камера не блокировала электромагнитных волн8. Поскольку влияние экранирующего устройства в этих опытах оказалось заметным и предполагалось, что камера со сплошными металлическими стенками будет в этом отношении еще эффективнее, чем сетчатая клетка, в конце 1923 г. была построена вторая камера со стенками из сплошных листов кровельного железа. Опыты с новой камерой еще более укрепили нашу уверенность в том, что мы находимся на правильном пути.

Оставалось лишь убедиться в экранирующем действии камеры с помощью радиоприборов. К тому временив иностранной печати впервые появились сведения о том, что построенная (в США) медная экранирующая камера была испытана с применением радиоприемника, установленного внутри камеры и радиопередатчика - снаружи. Эта проверка показала, что когда дверь камеры плотно закрыта, человек с радиоприемником внутри камеры никакого приема сигналов от радиопередатчика, работавшего снаружи, обнаружить не мог. Это было важное для нас экспериментальное подтверждение возможности того, что и наша камера блокирует электромагнитные волны. Возникла необходимость построить медную камеру и для опытов с животными В. Л. Дурова.

В конце 1925 г. была изготовлена третья по счету, на этот раз медно-железная камера. Она представляла собой параллелепипед с основанием 950Х910 мм и высотой 1130 мм. Стенки камеры, пол и потолок металлические, сделаны из двойного слоя металла: внутренние стенки из кровельного железа толщиной 1 мм, наружные - из листов латуни той же толщины. В одной из стенок имелась дверь на железных петлях, открывающаяся наружу. Дверь эта тоже двойная: внутри обшита кровельным железом, а снаружи - медными листами. В другой стенке камеры проделано овальное отверстие, закрывающееся металлической заслонкой, управляемой снаружи так, чтобы сидящий внутри камеры экспериментатор не маг заметить, закрыта заслонка или нет.

Экранирующие свойства камеры были проверены (30.12.1926) сотрудниками Государственного экспериментального электротехнического института в Москве А. В. Астафьевым и А. Г. Аренсбергом и официально зафиксированы актом (в присутствии В. Л. Дурова, проф. Г. А. Кожевникова, проф. А. В. Леонтовича, проф. А. Л. Чижевского при моем участии. Экспериментатор, находясь в камере вместе с коротковолновым радиоприемником, получал сильный прием от генератора таких же волн, находившегося снаружи, только в том случае, когда дверь камеры был открыта. В случае же закрытой двери сигналов (на слух обнаружено не было. Испытания производились на волнах длиной 2.7, 3.0, 4.0 м. Камера при этом не заземлялась.

Таким образом, испытания эти показали, что в заземлении камеры нет необходимости и одновременно послужили убедительным доказательством того, что природа явлений, сопровождающих передачу мысленной информации на расстоянии, такая же (электромагнитная), как и в обыкновенной радиосвязи.

Это и дало мне основание называть передачу мысленной информации биологической радиосвязью.

Вот описание еще одного опыта, поставленного с участием академика В. М. Бехтерева в зоопсихологической лаборатории в 1926 г. Задание состояло в том, что экспериментатор В. Л. Дуров должен передать собаке Марсу мысленный "приказ" пролаять определенное число раз. В. Л. Дуров находится вместе с другими сотрудниками в зале лаборатории. Проф. А. В. Леонтович уводит собаку в другую комнату, отделенную от зала двумя промежуточными комнатами. Двери между этими комнатами А. В. Леонтович плотно закрывает за собой, чтобы достичь полной звуковой изоляции собаки от экспериментатора. В. Л. Дуров приступает к опыту. В. М. Бехтерев вручает ему вдвое сложенный листок бумаги, на котором написана одному Бехтереву известная цифра 14. Посмотрев на листок, В. Л. Дуров пожал плечами. Затем достал из кармана блузы карандаш, что-то написал на обороте листка и, спрятав листок и карандаш в карман, приступил к действию.

Со сложенными на груди руками он устремляет взгляд перед собой. Проходит пять минут. В. Л. Дуров в свободной позе садится на стул. Вслед за тем появляется А. В. Леонтович в сопровождении собаки и делает следующее сообщение: "Придя со мной в дальнюю комнату. Марс улегся на полу. Затем вскоре привстал на передние лапы, навострил уши, как бы прислушиваясь, и начал лаять. Пролаяв семь раз. Марс снова разлегся на полу. Я уже думал, что опыт закончен и хотел уходить с ним из комнаты, как вдруг вижу: Марс снова приподнялся на передние лапы и опять пролаял ровно семь раз". Выслушав это, В. Л. Дуров торопливо достал из кармана блузы листок бумаги и подал его Леонтовичу.

Все увидели на одной стороне листа цифру 14, на другой стояли дописанные рукой Дурова знаки: 7+7. Волнуясь, вели- кий укротитель объяснял: "Владимир Михайлович (Бехтерев) дал мне задание внушить Марсу пролаять 14 раз. Но вы ведь знаете, что передавать число лаев больше семи, я сам не рекомендую. Я и решил: в уме разбить заданное число пополам - как бы на два задания, и передал ощущение лая сначала семь раз, а потом, после некоторой паузы, еще семь раз. В таком именно порядке Марс и пролаял". Все были ошеломлены виденным. Даже присутствовавший при опыте проф. Г. А. Кожевников вынужден был признать, что "получилось в точности так, будто передан был телеграфный код Морзе: семь точек, пауза и еще семь точек". Без преувеличения, я, что называется, был на седьмом небе.

Радовался собственному успеху и сам Дуров, хотя для него случившееся представляло всего лишь эпизод. Приведем один из таких эпизодов. 9 августа 1918 г. во время циркового представления в г. Дуббельне (Латвия) на Дурова напал дрессированный медведь. Разъяренный зверь вцепился зубами в руку дрессировщика и подмял его под себя. Среди зрителей в цирке возникла паника, послышались крики женщин и детей. Вот рассказ самого В. Л. Дурова о том, каким образом он справился с рассвирепевшим животным. "Медведь встал на задние лапы и медленно пошел на меня. Я впился в его глаза своими глазами и стал отступать, ведя его за собой.

Началась игра в предугадку. Я пятился, стремясь за собой вывести медведя в конюшню. Чувствую по глазам медведя его желание оставить меня и уйти в сторону. Но я, напрягая всю свою энергию, продолжал глазами фиксировать через зрачки медведя как бы в его мозг, мысленно приказывал не отрываться от моих глаз и пятился назад. Меня охватило знакомое при внушении чувство: медведь будто уплывал куда-то вверх и только его глаза следовали за мной. Казалось, они то увеличивались, то уменьшались, плывя мед- ленно за мной. Наконец, мы в конюшне. Ощущаю под ногами другую почву, слухом улавливаю тревожный топот лошадей в стойлах. Грозно кричу: "ал- ле!" (на место), и медведь покорно, поджав уши, опускается на лапы и бросается в свою клетку. Я одним движением закрыл ее, опустив решетку вниз.

Наступила реакция: закружилась голова, я чуть не потерял сознание. Тут только я почувствовал боль во всей руке". Решающие опыты советских ученых Классическими для теории биологической радиосвязи являются описанные акад. В. М. Бехтеревым шесть опытов над дрессированной собакой Пикки. В четырех опытах индуктором, передающим перцепиенту (животному) задание академика, был В. Л. Дуров, в двух остальных - сам академик, причем о своем мысленном задании он никому (перед опытом) не говорил. Опыты производились в ленинградской квартире В. М. Бехтерева, то есть в обстановке, непривычной для подопытного животного. Участвовали в опытах также врачи, работающие совместно с Бехтеревым - Никонова и Воробьева.

На основе результатов этих опытов акад. В. М. Бехтёрев и пришел впервые к убеждению, что в данном случае наблюдалось проявление именно электромагнитной энергии биологического происхождения. Опуская подробности первых двух опытов, остановимся на описании остальных. Вот что пишет В.М. Бехтерев: "Третий опыт заключается в следующем. Собака должна вскочить на предрояльный круглый стул и ударить лапой в правую сторону клавиатуры рояля. И вот собака Пикки перед Дуровым. Он сосредоточенно смотрит в ее глаза, некоторое время обхватывает ее мор- дочку ладонями. Проходит несколько секунд, в течение которых Пикки остается неподвижным, но, будучи освобожден, стремительно бросается к роялю, вскакивает на круглый стул, и от удара его лапы на правой стороне клавиатуры раздается трезвон нескольких дискантовых нот. В четвертом опыте собака должна была, после известной процедуры внушения, вскочить на один из стульев, стоявший у стены комнаты, и затем, поднявшись на стоящий рядом круглый столик, поцарапать лапой большой портрет, висевший на стене над столиком.

Казалось бы, что это сложное действие собаке не так легко выполнить. Но Пикки превзошел все наши ожидания. После обычной процедуры (Дуров сосредоточенно смотрит в глаза собаке в течение нескольких секунд) Пикки спрыгнул со своего стула, подбе- жал к стулу, стоявшему у стены, затем с такой же быстротой вскочил на круглый столик и, поднявшись на задние лапы, достал правой передней конечностью портрет и стал царапать его когтями. Если принять во внимание, что оба последние опыты были осуществлены по заданию, известному только мне и Дурову, и что я был все время рядом с Дуровым и неотступно следил как за ним, так и за собакой, то нельзя было более сомневаться в способности собаки проделывать какие угодно сложные действия. Чтобы иметь полную уверенность в этом, я решил сам проделать аналогичный опыт, не говоря никому о том, что я задумаю.

Задание же мое состояло в том, чтобы собака вскочила на стоявший неподалеку круглый стул и осталась на нем сидеть. Сосредоточившись на форме круглого стула, я не- которое время смотрю собаке в глаза, после чего она стремглав бросается отмена и начинает бегать вокруг обеденного стола. Опыт не удался и я по- нял почему: я сосредоточился исключительно на форме круглого стула, упустив из виду, что мое сосредоточение должно начинаться движением собаки к круглому стулу и затем вскакиванием на него. Ввиду этого я, решил повторить опыт, не говоря никому о своей ошибке и поправив лишь себя в вышеуказанном смысле. Я снова усаживаю собаку на стул, обхватываю ее мордочку обеими ладонями, начинаю думать о том, что она должна подбежать к круглому стулу и, вскочив на него, сесть. Затем отпускаю собаку и не успеваю оглянуться, как она уже сидит на круглом стуле.

Пикки разгадал мой "приказ" без малейшего затруднения... К приведенным опытам я не делаю особенных пояснений. Сами по себе эти опыты настолько поразительны, что заслуживают внимания безотносительно к тем или иным комментариям... Условия, в которых проводились опыты, исключают всякое допущение о том, что животное при внушении пользуется какими-либо незамеченными самим экспериментатором знаками. Что же касается последних двух опытов, то они не только рассеивают всякие сомнения на этот счет, но дают основание для допущения возможности передачи мысленного воздействия одного индивида на другого с помощью какого-то вида лучистой энергии... Есть основание полагать, что и здесь мы имеем дело с проявлением электромагнитной энергии, более всего вероятно, с лучами Герца.

Перейдем к описанию опытов над людьми, произведенных врачом-невропатологом Т. В. Гурштейном. В своем докладе на тему "О восприятии всех видов ощущений на расстоянии", прочитанном на заседании Общества психиатров и невропатологов в Москве в апреле 1926 г., Т. В. Гурштейн сообщил, что в 1925 г. им передавались перцепиентке Б. Г. Никольской, находившейся на ст. Фрязево Дзержинской ж. д. (на расстоянии 55 км от Москвы), геометрические фигуры, с поразительной точностью воспроизведенные ею на бумаге. Надо сказать, что методика исследований Т. В. Гурштейна получила одобрение академика В. С. Кулебакина, который в отзыве по этому поводу отметил "громаднейшее научное и практическое значение экспериментов д-ра Гурштейна".

Вот некоторые особенности методики и результаты запротоколированных опытов Т. В. Гурштейна, заимствованные из его неизданной монографии. В опытах, произведенных им в 1936 г. совместно с двумя научными сотрудниками А. Т. Водолазским (именуемым в протоколах сотрудником N 1) и Л. А. Водолазским (сотрудником N 2), была использована экранирующая камера. Индуктором в опытах был Т. В. Гурштейн, а перцепиенткой Е. Г. Никольская. Консультировал по вопросам радиосвязи инженер М. Г. Марк. Программа передачи мысленной информации в этих опытах состояла обычно из небольшого числа отдельных заданий (или как их еще называют, мысленных приказов), главным образом определенных движений и действий рукой, ногой. Отметим, однако, что в серии опытов, например 7 января 1936 г. успешно осуществлена передача мысленного задания на словесную речь, т. е. задания, затрагивающего вторую сигнальную систему человека. Был передан мысленный приказ сказать: "Мне приятно здесь сидеть".

В протоколе записан словесный ответ перцепиентки: "Мне приятно сидеть". Порядок следования мысленных приказов друг за другом заблаговременно разрабатывался индуктором совместно с сотрудником N 1. Точно записывалось время час и минута),, когда индуктор должен передавать каждый "приказ". 'Экранирующая камера, где размещалась перцепиентка в сопровождении (записывающего ее действия-ответы) сотрудника N 2, стояла в одной комнате, а индуктор вместе с сотрудником N 1 помещался в другой комнате. Часы в руках сотрудников N 1 и N 2 были заранее сверены. Сотрудник N 2 имел у себя только листок с записью хронологии предстоящих мысленных передач - без их содержания. Он же по своему усмотрению открывал или закрывал дверь камеры к моменту, записанному в хронологии. Индуктор во время передачи очередного задания не должен был знать, открыта или закрыта дверь камеры. В трех сериях опытов было передано 15 "приказов", в том числе 9 при открытой двери камеры и 6 - при закрытой.

Оказалось, каждый опыт при открытой двери сопровождался точным исполнением "приказа", тогда как при закрытой двери перцепиентка не исполнила ни одного "приказа", т. е., по мнению экспериментаторов, осуществлялось экранирующее действие камеры. В 1940 г. были обнародованы весьма важные и интересные результаты экспериментальных работ проф. С. Я. Турлыгина, изучавшего (с помощью экранирующей камеры) характер электромагнитных радиаций, излучаемых центральной нервной системой человека при опытах мысленного внушения и гипноза. Работы велись в руководимой академиком Л. П. Лазаревым лаборатории биофизики Академии наук.

Более подробное сообщение об этих работах содержит методику исследований и описание примененного обо- рудования. В комнате, изолированной от внешних световых, звуковых и тепловых воздействий, помещалась камера, в одной стенке которой на уровне глаз сидящего на стуле человека было проделано отверстие с горизонтально при- соединенным к нему (снаружи) металлическим тубусом. Отверстие тубуса могло быть легко и неслышно для человека перекрыто металлической (или иного материала) диафрагмой. Внутри камеры на стуле лицом к тубусу помещался гипнотизер-индуктор.

В качестве такового попеременно выступали Н. А. Орнальдо и А..И. Белоусов. Консультантами были доктор химических наук В. И. Алиева и инженер В. И. Манов. Подопытные перцепиенты люди располагались вне камеры. Основываясь на общеизвестном факте потовыделения при воздействии на человека ультракороткими волнами, С. Я. Турлыгин решил использовать это явление в качестве контрольного для установления времени начала и конца периода воздействия индуктора на перцепиента. Для этого успешно была применена остроумно устроенная капсула. Заблаговременно до начала опытов гипнотизер-индуктор тренировался в работе с гипнотиком-перцепиентом на воспитание у последнего (путем мысленного внушения) особого условного рефлекса: падение из сидячего положения навзничь.

Вследствие этого у перцепиента вырабатывалось беспрекословное и быстрое исполнение мысленного "приказа" гипнотизера падать навзничь. Опытами обнаружено, что при открытом отверстии тубуса исполнение "приказа" падать происходило всегда, когда перцепиент находился на прямой линии, составлявшей продолжение геометрической оси горизонтального тубуса. Закрывание отверстия тубуса листком бумаги не нарушало этого эффекта. Но введение металлической диафрагмы поперек тубуса прекращало по- лучение такого эффекта. На пути прямого луча между индуктором и перцепиентом как бы устанавливалось неодолимое для луча препятствие. Выявилась и другая особенность. Оказалась что луч этот мог быть искусственно отражен в сторону если на его пути у выхода из тубуса ставился под некоторым углом к оси тубуса отражающим экран "зеркало" в виде пластинки из красной меди; алюминия или эбонита.

Отражение луча было обнаружено следующим образом. Предполагая, что в данном случае действует .закон оптического отражения и что угол падения луча из тубуса на зеркало будет равен углу отра- жения, С. Я. Турлыгин приступил к определению точек, где пройдет отраженный луч. Оказалось, что помещенный на пути отраженного луча перцепиент был таким же хорошим "приемником" луча, как если бы это был прямой луч. Из ряда диаграмм, полученных при исследованиях с помощью диффракционных решеток, были определены длины волн. Они оказались лежащими в диапазоне 1,8-2,1 мм. Основываясь на результатах этих экспериментов, С. Я. Турлыгин пришел к важнейшему выводу: чисто оптическая картина действия экранов отражения этого агента (воздействия на перцепиента) от зеркал и диффракционные явления заставляют думать, что этим агентом является электромагнитное излучение, одна из волн которого лежит в области 1,8-2,1 мм. Эти выводы были доложены проф. С. Я. Турлыгиным в 1939 г. на заседании Московского общества испытателей природы.

Доклад вызвал весьма большой интерес и оживленную дискуссию, в результате которой большинство выступавших ученых поддержали точку зрения докладчика об электромагнитной природе исследованного явления. Признавая большую научную ценность этих опытов, акад. П. Л. Лазарев рекомендовал докладчику развивать свои исследования, используя в полном объеме толь хорошо показавшее себя оборудование, в том числе, конечно, экранирующую камеру. Мы видим, что С. Я. Турлыгин исследовал сигналы, отвечающие одному виду внушенных импульсов (падению тела перцепиента, т. е. двигательному импульсу). Развивая эти исследования полиции передачи импульсов, зрения слуха, обоняния и т. д., мы могли бы определить также их параметры электромагнитных волн, а затем приступить к искусственному воспроизведению "сигналов" и этих ощущений. При всем этом подчеркнем, что в опытах С. Я. Турлыгина "луч зрения" индуктора проявил себя физически как узкий пучок прямо направленных электромагнитных излучений из глаз человека.

Сегодняшнее число: 22.02.2018 01:34:15